Тала Онищук: «Украинскому зрителю не столь важен факт победы, а понимание того, что победитель действительно этого заслуживает»

Танцюють всі 9

Сегодняшняя наша собеседница — человек, который постоянно находится за кадром, но именно от него, в большей степени, зависит то, что зритель видит на своем экране.Она знает «кухню» шоу изнутри, поскольку сама проживает жизнь каждого героя. При этом, как настоящий профессионал, остаетсянепредубежденной. Главный сценарист шоу «Танцуют все!» — Тала Онищук, раскрывает тайны не только второго сезона, но и специфику работы по определенномуформату



Тала, начнем с того, что ты как человек опытный на проекте «Танцуют все» можешь рассказать нам каков уровень подготовки участников второго сезона? Равнозначен первому или сильнее?




Участники второго сезона «Танцуют все!» однозначно сильнее, это стало ясно еще на предварительных кастингах. Многие из них уже реализованные танцоры, которые давно и успешно танцуют. Хотелось бы отметить, что в этом году к нам пришли танцоры разных направлений: и народники, и балетные танцоры, которых в прошлом году почти не было. Видно, что люди готовы учиться новому
, и ради этого они и пришли к нам на проект.



Можешь назвать приблизительное количество людей, пришедших в этом году на кастинги?




Число участников намного выше, чем в предыдущем сезоне. Если в прошлом году было 7-8 тыс., в этом пришло порядка 13 тыс. танцоров.




Чем объяснишь такую тенденцию?



Все очень просто. Одни просто боялись
приходить, а другие отвечали нам, что не верили в правдивость шоу и не думали, что оно получится таким ярким и популярным.



Тала, за период кастингов была какая-то интересная история, которая запомнилась тебе больше всего и которую увидит зритель в эфире?




Да, есть такая. На львовский кастинг пришел мальчик Остап Шкир
ынец, представитель бальных танцев. Чтобы продемонстрировать судьям свой талант, ему вызвалась помогать его партнерша Юля Моисеева, с которой они танцуют в паре с третьего класса. Танцевальный уровень Остапа жюри не удовлетворил, и ему сказали «нет». А вот партнерше, которая не собиралась принимать участие в шоу, а просто пришла помочь, предложили остаться на вечернюю хореографию. Не дожидаясь результатов, Остап уехал. Юля осталась одна и пыталась освоить самбу под руководством Влада Ямы. А вот, что произошло дальше, рассказывать не буду — смотрите в эфире на телеканале СТБ.



Интересно, конечно, чем там все закончилось… Но вы за время первого сезона, наверное, привыкли ко всему и теперь вам легче работать?




На самом деле, второй сезон делать не легче, поскольку мы работаем совершенно с другими участники и другими историями. Даже кастинг в каждом городе начинаешь как будто с нуля.




Многие, например, считают, что с купленным форматом работать очень легко — купил и делаешь шоу по схеме. Согласна ли ты с этим мнением?




Меня всегда задевает, когда о нашем шоу говорят в подобном ключе. По всей вероятности эту теорию выдвигают те люди, которые не понимают всей специфики шоу. С форматом работать отчасти сложнее, поскольку ты находишься в определенных рамках, не выходя за которые, ты должен донести до зрителя интересную информацию. Посмотрев версии этого проекта в других странах, могу с уверенностью сказать, что кроме как схемой, мы больше ничем не похожи ни на американское, австралийское, польское или шоу в других странах. А все дело в том, что у каждой национальности разный менталитет и другие жизненные ценности. И наша задача заключается в том, чтобы именно нашему зрителю понятно рассказать об участниках, у каждого из которых своя история, свое представление о танце и об участие в этом проекте. Мы ведь делаем шоу не о схеме, а о людях.




Какие ценности важны украинской публике?



Если американское шоу построено на амбициях и главный их тезис — я лучший, то наше шоу менее эгоцентричное. Для нашего зрителя важны духовные ценности. Украина — это общество, которое работает на семейной, а не карьерной модели. Поэтому нам не столь важен факт победы, а понимание того, что победитель действительно этого заслуживает, и при этом остается человеком. Нашему зрителю важно понимать героя, знать, кого любит этот герой, и кто любит его, ради кого или чего он старается достигнуть своей цели. Вот такой наполненный персонаж интересен нашему зрителю.



От чего отталкиваешься при написании сценария?




Конечно же, от героев, за которыми интересно наблюдать и которые к чему-то стремятся, как на нашем шоу, так и в жизни.




Тала, а ты никогда не подсчитывали количество часов, которое тебе нужно пересмотреть, чтобы написать сценарий к одному выпуску программы?




Сейчас посчитаем… Каждому журналисту и сценаристу в среднем нужно отсмотреть и пересмотреть порядка 95 часов видео.



И с чего же начинается рабочий день
главного сценариста проекта «Танцуют все!-2», в период между кастингами и прямыми эфирами?



Мой день начинается с анализа расшифрованного материала. То есть мы просматриваем все кассеты по одному отснятому городу и выбираем самое главное, что обязательно войдет в программу. Проводим анализ героев, а затем создаем структурный костяк, по которому, собственно, и пишется сценарий одной программы.




Как ты считаешь, что самое сложное при написании сценария?




Сложно соединить всех героев вместе. Поскольку герои каждой программы — это не только танцоры, но и жюри, и ведущие, и сам город, в котором проводился кастинг. Очень важно уловить настроение города, передать атмосферу, в которой все происходит, не упустить ничего о героях.




Чем отличается этот съемочный период от работы на прямых эфирах?




Различие в том, что на кастингах много разных персонажей и тебе нужно выбрать из них самых интересных, а на прямых эфирах у тебя есть уже двадцать ярких героев и обо всех нужно рассказать что-то новое. При этом вложить в две минуты сюжета жизнь танцора за неделю. Кроме того, во время прямых эфиров всегда пишется предварительный сценарий, и только за день до эфира появляется его окончательная версия. Это объясняется тем, что танцоры — живые люди, с которыми каждый день что-то происходит, и нам важно ничего не упустить.




Насколько сложно реагировать на форс-мажорные ситуации, например, вспоминая события первого сезона, когда у Николая Бойченко было подозрение на аппендицит?




В таких ситуациях действительно нужно реагировать очень оперативно. В любое время суток тебе могут позвонить и сообщить что-то важное об участнике. Приходится в голове держать все варианты развития событий и молниеносно реагировать на изменение ситуации. Честно говоря, каждый сценарист проекта, и я в том числе, за время первого сезона прожил жизнь каждого участника, по-другому и быть не может. Если ты не с героем, если ты не знаешь, что с ним сейчас происходит, о чем он думает, что его беспокоит, значит, есть вероятность того, что будет что-то недосказано зрителю.




Получается, что сценарист, в некоторой степени, должен быть психологом?




Хороший сценарист — это всегда психолог, в ином случае ему будет сложно. Мы работаем с участниками в очень близком контакте и должны их понимать. Но при этоммы обязаны сохранять объективность, чтобы правильно донести до зрителя все подробности.




Тала, скажи, а за время работы на таких масштабных проектах как «Танцуют все!» и «Укра
їна має талант», у тебя не возникла идея создать что-то свое. Если такие задумки есть, то о чем было бы твое шоу?



Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом (улыбается). Идеи шоу, конечно, есть, но пока нет времени до них добраться. Проекты «Танцуют все» и «Україна має талант» дали мне понять, что я хотела бы продолжать делать шоу, которое позволит реализовывать мечты простых людей. Просто очень хочется делать людей счастливыми, а «Танцуют все» и «Україна має талант» именно об этом.



Подготовила Наталья Ермакова